Они начинают с «Ready, Set, Go!». Том Каулитц увлеченно магнетизирует гитару, в то время как его брат Билл появляется сразу в центре зала. Длинный подиум, вытянутый в сторону партера, дает возможность поклонницам увидеть фронтмена с максимально короткого расстояния. Визг. Звук едва слышен, одолеть голосовые усилия тысяч зрителей он не в состоянии. А Билл пробегает целиком язык подиума и забирается на верхний этаж сценической конструкции, рядом с барабанщиком. И вздымает руки вверх, как Цезарь. Он действительно победитель.
Программа включает песни со всех трех альбомов и сингла, Tokio Hotel не отказывает себе в удовольствии отыграть почти полный свой репертуар – поклонники знают все песни наизусть. Билл ведет себя как рок-звезда – вскидывает руки, держит паузы, посылает в зал поцелуи. Ему навстречу летят девчоночьи лифчики, трусы и мягкие игрушки. Он привык. Он – звезда.
Между танцпартером и фан-зоной бродят огромные на фоне девочек омоновцы. Они стараются никого не повредить. К ним то и дело подлетают девичьи стайки с просьбой провести поближе к сцене.
– Представляешь, предлагают за секс и за свой фотоаппарат! – говорит один омоновец другому.
Но им секс и фотоаппараты не нужны. Они берут только деньгами. 500 родительских рублей с носа – и маленькая мечта маленького человечка осуществляется. Билл становится ближе на несколько метров…
– Привет! Как дела? – говорит на ломаном русском Билл. Визг. – Мы были в Москве два, три, четыре раза. Сбились со счета!
Звучит «Spring Nicht». Билл радостно улыбается, закусывает губу и словно изумленно осматривает трибуны. Визг.
– Tanzen! – требует Билл. Это слово понимают. Остальные слова – а говорит почему-то он много и только на немецком – мало кто понимает. По крайней мере, мои соседи совсем ничего не понимают, но ждут паузы в словах, чтобы заполнить его визгом. Переходящим в ультразвуковые частоты.
– Я запомню этот концерт в своей памяти! – педантично обещает Билл. Визг.